Ладомир
Научно-издательский центр

Мигель де Сервантес Сааведра

Назидательные новеллы

В 2-х книгах
2 750 ₽
Цена при покупке в издательстве
Формат: полиграфический 70×90/16, физический 17×22 см
Тип переплёта: твёрдый
Покрытие переплёта: бумвинил (нетканевый материал)
Объём: 548 страниц + 396 страниц, обилие великолепных иллюстраций
Вес двухтомника: 1,9 кг.
Book cover

«Назидательные новеллы» являются уже третьей книгой (после «Дон Кихота» и «Комедий и интермедий») Мигеля де Сервантеса Сааведры (1547 — 1616), изданной в серии «Литературные памятники». И это неслучайно, ведь тенью «Дон Кихота», величайшего романа в истории мировой литературы, оказались незаслуженно заслонены другие прекрасные произведения выдающегося испанца. Свод из двенадцати назидательных новелл, увидевший свет в 1613 году, в пору, когда работа над похождениями хитроумного идальго близилась к завершению, вызвал у современников бурный восторг: в их глазах эти мини-романы превосходили хитроумием Критский лабиринт — творение достославного Дедала, а сюжетными поворотами могли сравняться подчас с «вымыслами носатого поэта» Овидия.

Вместе с табором цыган читатель отправляется в странствия по бескрайним просторам великолепной Андалусии, в кампании с английскими пиратами ввязывается в кровавые морские переделки, открывает для себя диковинное братство воров, живущее подобно рыцарскому ордену — по законам чести и достоинства, оказывается свидетелем омерзительных бесчинств берберийских пиратов, знакомится с чудаковатым саламанкским студентом, возомнившим себя скроенным из стекла и оттого осенённым мудростью, ибо в стекле «душа трудится быстрее и лучше, нежели в теле, землистом и грузном». В венчающей книгу «Новелле о беседе собак» автор обращается к необычной для него животной фантастике в духе Апулея и Лукиана и выводит на сцену пару замечательных представителей пёсьего племени: четвероногие ведут разговор на манер философов-киников. Но было ли всё это на самом деле или лишь пригрезилось поручику, вздремнувшему на койке вальядолидского госпиталя (по замечанию одного из хвостатых мудрецов, «всё пережитое нами и всё, что мы переживаем, есть сон»), остаётся загадкой.

Смелыми новациями и литературными экспериментами Сервантес предвосхитил многие открытия грядущих времён, вплоть до писательских приёмов 20-го столетия и концепций Зигмунда Фрейда, чье «Толкование сновидений» доподлинно выросло из беседы сервантесовских псов.

Ярко представлена в «Назидательных новеллах» и картина обыденной жизни Испании рубежа XVI—XVII веков: схватки на звонких шпагах, скитания плутов по пыльным кастильским дорогам, головокружительные празднества, шумные торжества в пышных хоромах и унылых хижинах бедняков, под сводами церквей и на подмостках корралей. Поистине жизнеутверждающим духом проникнуты повести: безудержные танцы, хватающая за душу музыка и проникновенная поэзия неудержимо влекут за собой заворожённого очевидца писательских грёз. Тонкая ирония, которой знаменит Сервантес, сочетается в новеллах с меткой сатирой, злые и жестокие розыгрыши персонажей оборачиваются в итоге доброй шуткой, а то и счастливой свадьбой.

Приоткрыть завесу над тем, каков он — истинный портрет создателя «Назидательных новелл», погрузиться в мир потрясающего памятника литературы, обнажить сокрытые в нем горизонты, - помогут статьи и обстоятельнейшие комментарии. Читатели узнáют, что именно «новеллам» Сервантеса суждено было стать произведениями, из которых произросла европейская повесть, как из «Дон Кихота» — европейский роман, узнáют также о том, что не избежал влияния испанского гения и Александр Сергеевич Пушкин (и чтобы прочитать «Назидательные новеллы» в оригинале, поэт незадолго до гибели взялся учить испанский), косвенным свидетельством чему — его знаменитый цикл «Повести Белкина», в котором наметились черты языка русской повествовательной прозы.

Перевод «Назидательных новелл» выверен по новейшим критическим изданиям.

Социальные сети «Ладомира»